№20

"Настолько ты русский, насколько ты православный"  •  Ф.М.Достоевский

май 2003 г

Архив номеров:

Народ, стоящий на пороге Войны, мужественно готовящийся к самым тяжким испытаниям, как это ни странно прозвучит, обязательно должен отдавать себе отчёт в том, за что он будет рисковать своей жизнью, проливать кровь, терять своих товарищей. Согласитесь, что нынешняя Война, к которой все мы с замиранием сердца готовимся, как к некоему сверхъестественному событию, в котором все хотим быть действующими лицами, - нынешняя, говорю, Война не должна закончиться для нас возвращением в прежнюю теплохладную жизнь, в прежний инертный, бесцельный, а лучше сказать, самоцельный быт, всё на тот же духовный и материальный уровень.

Желая привлечь внимание соратников к этой теме, я собрал здесь в большую статью отрывки из многих статей публициста начала XX века М.О.Меньшикова, расстрелянного большевиками в 1918 году.

Михаил Осипович Меньшиков родился 25 сентября 1859 года в городе Новоржеве Псковской губернии. Отец происходил из священнической семьи, мать - из дворян. В 1873 году, окончив Опочецкое уездное училище, он поступает в Кронштадтское морское техническое училище, после окончания которого становится флотским офицером-штурманом. На его офицерскую долю выпало участвовать в нескольких дальних морских походах, писательским плодом которых явилась вышедшая в 1884 году первая книга очерков "По портам Европы". Параллельно со службой во флоте молодой Меньшиков начинает сотрудничать в "Неделе" (с середины 1880-х годов), где вскоре становится ведущим сотрудником. Поверив окончательно в свой писательский дар, он подает в 1892 году в отставку в чине штабс-капитана и всецело посвящает себя публицистике. А.С. Суворин приглашает его к сотрудничеству в своей газете "Новое время". Здесь талант Меньшикова раскрылся с большей цельностью и остротой в его "Письмах к ближним", печатавшихся (две-три статьи в неделю) под этим общим названием вплоть до закрытия газеты в 1917 году.

В русской политической литературе можно выделить два рода писателей, одни из которых более чувствовали нацию, а другие - государство. В русской литературе часто тот, кто чувствует нацию, не особенно чувствует государственность. Меньшиков, безусловно, националист и одновременно империалист, но на основе величия нации.

Консервативное сознание в его публицистике проявлялось в культивировании чувства вечного, которое в его время было подавлено борьбой между старым и новым. Михаил Осипович очень много писал, в чересчур смелых обобщениях. Самым интересным у него всегда были рассуждения о национальных проблемах, о русском национализме. Его национализм - это национализм не агрессивный, национализм не захвата или насилия, а, как он выражался, национализм честного разграничения.

Мы, - писал Меньшиков, - не восстаем против приезда к нам и даже против Сожительства некоторого процента иноплеменников, давая им охотно среди себя почти все права гражданства. Мы восстаем лишь против массового их нашествия, против заполонения ими важнейших наших государственных и культурных позиций. Мы протестуем против идущего завоевания России нерусскими племенами, против постепенного отнятия у нас земли, веры и власти. Мирному наплыву чуждых рас мы хотели бы дать отпор, сосредоточив для этого всю энергию нашего когда-то победоносного народа..."

В 1905 году был создан Всероссийский национальный союз. В него вошли умеренно-правые элементы образованного русского общества -национально настроенные профессора, военные в отставке, чиновники, публицисты. Целями союза, по уставу, были исповедуемые им начала - единство и нераздельность Российской империи, ограждение во всех ее частях господства русской народности, укрепление сознания русского народного единства и упрочение русской государственности на началах самодержавной власти Царя в единении с законодательным народным представительством. В Главном совете Всероссийского национального союза состоял и Михаил Осипович Меньшиков, публицистические выступления которого в "Новом времени" во многом подготовили идеологическую (идейную) почву для появления союза.

Февральская революция 1917 года закрыла газету "Новое время" и оставила Меньшикова без любимого дела. Октябрь же не дал прожить и года под своей властью. Враги не простили Михаилу Осиповичу ничего из его деятельности - ни искреннего национализма, ни талантливой публицистики, ни обличения неправды и изуверства... Он был арестован на Валдае. 19 сентября 1918 года Меньшиков писал своей жене из заключения: "Члены и председатель чрезвычайной следственной Комиссии - евреи, и не скрывают, что арест мой и суд - месть за старые мои обличительные статьи". 20 сентября 1918 года он был расстрелян чекистами.

Но идеи бессмертны и не теряют творческой силы после смерти своих носителей. После смерти М.О.Меньшикова осталась великая публицистика, девизом которой можно поставить такие его слова: "Не раз великая Империя наша приближалась к краю гибели, но спасало ее не богатство, которого не было, не вооружение, которым мы всегда хромали, а железное мужество ее сынов, не щадивших ни сил, ни жизни, лишь бы жила Россия".

Пусть эти отрывки помогут нам вглядеться и трезво оценить задачи, стоящие перед всякою освободительною Войной: задачи мира, задачи послепобедные. Хорошо ли мы их себе представляем? Но когда, как не сейчас нам их и представлять? Не поздно ли окажется потом?

Мы помним, что великая Победа 1945-го возвратила нашему многострадальному народу всё те же концлагеря, всё те же репрессии, тот же режим страха, взаимного недоверия и подозрительности... Когда нападают "без объявления войны", бомбят ранним утром, нет уже времени и шапку схватить, не то, что поразмыслить! А Тиран уже и в своё войско зовёт, защиты себе требует. Себе, но и тебе ли?... Мы не должны повторять ошибок наших предков. А иначе - для чего же ещё Бог разрешил им оставить на земле нас, наследников?

Вряд ли кто-то пошёл бы воевать за "право" на пиво, сникерсы, кондомы и тампаксы. Но тогда за что же, в самом деле, если то, "с чего начинается Родина", может существовать и при любом режиме, а то, с чего начинается Богоносность - только при Богоугодном? Насколько Богоугодны ваши, соратники, цели установления мира в России? Захочет ли Бог утвердить их вашими руками? За что готовимся воевать? Что возвращать? Что вносить нового? Пусть каждый сам себя сейчас и проверит!

Эта статья не решает всех вопросов мира, но ставит много важных.

Рядовой Максим Н.
 

Мирный порядок - это не только отсутствие внутренней и внешней борьбы, но и уничтожение самих предлогов для них. Действительный мир есть восстановление справедливости в стране. Мир - это торжество никогда не умирающего закона братства, человеческого достоинства, свободы. Устроенная только в этом смысле страна может счесть себя мирной

Истинный мир - это удовлетворение нравственное; оно невозможно, пока человеческие законы не облагорожены, пока в панике войны забываются верховные заветы с Богом. Нам нужен ни какой-нибудь мир, а непременно высокого качества, мир, дозревший до расцвета и благоухания душ, до добрых нравов. Но такой мир требует очень долгого отсутствия внешних войн. Для того, чтобы нравы народные смягчились, нужно, по крайней мере, несколько поколений, не переживавших военной страсти. Война - дело жестокое; война совершенно перевёртывает психологию человека и перестраивает инстинкты.

Невероятно грубые лагерные нравы, воспетые поэтами, входят в население через воинов, вернувшихся к домашнему очагу. А походное отношение к женщинам? Помимо болезней, сколько нравственной грязи вносят военные привычки в эту святыню жизни...

Необходим прочный продолжительный мир, чтобы народная душа вернулась к свойственной ей кротости, к изяществу и величию, которыми отличаются действительно мирные племена.

Западные народы, благодаря ограниченности своей территории и древней культурности, находили время среди войн для устроения быта, для возделывания природы. Русскому же народу досталась земля несоразмерно огромная, требовавшая гораздо больше мирного времени, гораздо более покоя и свободных сил, чтобы совладать с нею. Но народ не совладал с нею.

Современные крестьяне часто мечтают о жизни в городе, они готовы променять свою свободу и тишину на гнетущий труд и пребывание в подвалах, лишь бы иметь возможность опьянять себя испарениями распутства. Старинный же человек инстинктивно искал другого счастья. Его тянуло на простор природы, в благоухание полей, в тишину лесов. Бессознательно он чувствовал, что свежий воздух важен, а шум торговли - не важен, что простор полей - выгоден для организма, теснота же городская мнёт его. Безотчётно человек, как рыба, птица, зверь искал себе среди природы наилучших условий для здоровья и находил их. Как животные отворачиваются от пряных кушаний нашего стола или не выносят изысканной музыки, как они равнодушны к тому, что мы считаем роскошью, так и более здоровые древние расы. Для народной массы города - опустошители, гигантские гасильники жизни! Но прежде всего необходимо нравственное успокоение для того, чтобы народ проявил свою физическую энергию. Земля наша от того "неустроена", что взволнованный войнами и огрубевший народ очень плохо работает. И физически плохо, и умственно. Он деморализован, а это состояние самое невыгодное для всякого труда. Когда понижено нравственное чувство, не хочется вообще труда, не хочется добросовестного труда. Крайняя нужда заставляет напрягать последние усилия, но последние усилия самые истощающие, и вообще не те, которые дают наслаждение работнику. Народ деморализованный теряет драгоценнейший дар культуры: способность находить удовольствие в работе, потребность каждое дело доводить до совершенства. "Кое-как", "как-нибудь" становится девизом племени и предвестием его упадка. Богатырские племена гнушаются всем, что есть "кое-что" и "как-нибудь". Они требуют во всём непременно высшего и наилучшего, что и ставит их в авангарде человечества.

Народ всего просвещённее тогда, когда его школою является сама жизнь. Устроенный, благообразный, дышащий разумом многих поколений справедливый быт воспитывает дух народный лучше книжной школы. Если жизнь обильна, если есть накопление благородных преданий, если сохраняется множество предметов искусства - чистого и прикладного, если сохранена природа - вечная книга, вне которой нет мудрости, -народ в такой стране образован от колыбели! От колыбели человек впитывает в себя образовывающие дух впечатления. Он не выходит из откровений разума и вкуса, он просвещённым как будто родится. Но для такого просвещения нужна материальная независимость: в ней крестьянин нуждается не менее, чем аристократ.

Нужен достаток! Нужна свобода отойти от тревоги за свою жизнь, свобода помечтать: ведь из творческой мечты вышла вся цивилизация, весь мир. Без известного досуга невозможна не только высшая, но и низшая ступень культуры. Для просвещения нужно, чтобы действительность поддерживала мечту, а не разрушала её. Говорить же о просвещении нищего народа является абсурдом, и жизнь это всегда доказывает!

В старинные времена, когда энергия народная сохранялась на месте, она накапливалась, как электричество и питала огонь духа. Возможны были молниеносные мысли пророков и тихое озарение праведников, возможны были поэзия и религиозность, о которой остались одни сказания.

Если серьёзно говорить о религии, возможна ли она среди голой нищеты?

Насколько богатство отвращает от Бога, насколько бедность влечёт к Нему, настолько нищета вновь и уже решительно отталкивает, разрывает навсегда таинственный и нежный путь, идущий от живого сердца к Вечности. Нищета повергает в уныние, - о, недаром уныние считается смертным грехом! Нищета повергает в исступлённое отчаяние, когда каменеет совесть, когда не хочется, просто противно думать о какой-то справедливости, о любви вечной. Вера в благо требует, чтобы благо ощутительно присутствовало. Не надо, чтобы на глазах человека слишком долго топталось счастье! Крушение всех заветных надежд, несчастье чрезмерное есть смерть религии. Даже великая душа Иова вознегодовала: "Опротивело мне жить! Отступи от меня!"

Нужно великую душу Иова - человека, которого благочестие было слишком долго воспитываемо в счастье, чтобы ропот его не перешёл в богохульство! Разве у себежского мужика есть "семь тысяч мелкого скота, три тысячи верблюдов, пятьсот пар волов" и пр.?.

Нет, господа, истинная вера слишком тонкая роскошь духа. Она доступна сытым беднякам, но голодным нищим недоступна. Падая ниже возможного уровня своего достатка, человек теряет высочайшую свою опору - уверенность в Отце.

Нет сомнения, что продолжительный мир повёл бы к смягчению и наших "жестоких" нравов. Сама собою установилась бы в обществе привычка к мирному решению дел, к согласию, к уважению человеческого достоинства, а из последнего вытекли бы благородные политические обычаи и инстинкты.

Нравственно приподнятый народ вновь находит Бога; видя реальное присутствие мира и благоволения, люди начинают верить в них, начинают вводить их всё глубже в ткань своей души. Успокоенный народ бодро берётся за работу. Не ожидая нападений на свою личность или труд, ожидая лишь защиты и поддержки им, народ с песнями берётся за все, хотя бы самые трудные предприятия.

Смелость - державная, божественная черта, отличающая свободный народ, - творит прямо чудеса: для истинного мужества нет препятствий. Не только на поле битвы, но и на бесчисленных поприщах работы осмелевший народ оказывается победителем: победителем изо дня в день...

Истинный мир воспитывает из рабов труда -бесстрашных рыцарей его и аристократов; они вносят этот аристократизм в сто тысяч жизненных задач, все их доводя до совершенства. Мало-помалу создаётся у каждого народа своя индивидуальная цивилизация, накопление красоты и мудрости, пред которыми потомство склоняется как пред заветом богов.

Долгий мир необходим для подъёма народного духа, для воспитания в нём мирного мужества, для производительной ежедневной работы.

Мир - это наша лучшая система войны, наша победа. Естественным нарастанием народной массы Россия каждые десять лет как бы присоединяет к себе по королевству Через 50 лет вместо одной России у нас будет их две. Если всю нашу энергию устремить на внутреннее устроение, то никакая война не будет так страшна для соседей, как подобный мир.

Я далёк от мысли, что одно количество населения что-нибудь значит, но если приложить к нему и качество, то количество сразу приобретает решающий характер. Нам надо спешить сделаться народом огромным, и это так доступно: стоит только упорядочить отношение нашего народа к земле.

Есть глубокое суеверие, будто много народа нехорошо, будто чрезмерное размножение плодит невежество и нищету. Это суеверие - отзвук печального мальтузианства. Нам необходимо постоянно возвращаться к этой лжи, чтобы разбить её.

Чрезмерного населения никогда не бывает, оно невозможно по самой природе вещей: каждая территория в состоянии вместить лишь определённое количество душ. Теснота замечается там, где грубо извращены естественные условия.

При естественной культуре размножение ослабевает само собою и держится всё на том же уровне. Если бесчисленное население, как поваленный бурею хлеб, душит само себя, то причину тому нужно искать в какой-нибудь социальной буре, в государственном расстройстве, в дурных законах. В условиях же действительного мира густое население, как густо выросший хлеб, скорее поддерживает друг друга, чем давит. Каждый человек в состоянии выработать во много раз больше вещей, чем ему самому нужно. Ясно, что чем больше людей, тем прочнее они застрахованы от нужды. Каждый новый человек есть новое приращение народной силы, новый источник работы. Но это при мирной культуре; немирная же - всё это опрокинет.

М. О. Меньшиков
1900 г.

Условия подписки на газету "Евпатий Коловрат":
Стоимость газет из расчета 5 руб. за номер и деньги за пересылку отправьте на адрес редакции почтовым переводом. Разборчиво укажите Ваш обратный адрес и целевое назначение денег. Газеты будут высланы Вам немедленно после получения перевода.

Адрес редакции:
195112, Санкт-Петербург,
о/с 112 до востребования
Кокорину Юрию Викторовичу